Что год 2008-й нам готовит?

Фото с сайта finance.ua

Празднование Нового года и веселое Рождество едва ли смогут полностью отгородить нас от событий в мире.

Международная политика будет пробираться в наше жилище через новости отечественных и зарубежных телеканалов, радио и сайты разнообразных интернет-изданий. И как бы мы ни хотели устроить себе импровизированные каникулы и немного передохнуть от политики, она все равно будет пытаться "достать" нас. И даже тогда, когда мы будем отдыхать, внешний мир не уменьшит обороты и свое напряжение. Он будет оставаться динамичным, кипучим, интенсивным, немного непредсказуемым и вместе с тем прогнозируемым. А мировая геополитика, которая состоит из синтеза технологий, заложенных в ее дипломатическое измерение и политическую реализацию, как всегда, готова преподнести в начале нового года немало сюрпризов. Впрочем, очевидно, что в 2008 году внимание мирового сообщества будет приковано к таким основным международным событиям. Выборы в Грузии Можно сказать, что начнут международную политическую жизнь президентские выборы в Грузии, которые состоятся 5 января 2008 года. Хотя на президентскую должность выдвинуты несколько кандидатов, эти выборы, судя по всему, станут выборами Михаила Саакашвили. Остальные претенденты, включительно с одиозным олигархом Бадри Патаркацишвили, — всего лишь технические кандидаты, нужные действующему президенту, чтобы оттенять его положительные стороны. Впрочем, несмотря на все еще 60-про­центную поддержку грузинского народа, президент Михаил Саакашвили все больше становится одиозным руководителем, для которого задача номер один — удержать власть над Грузией. Президент оказался между жерновами невозможности однозначного выбора. Ведь если бы он проявил слабость в противостоянии с оппозицией, то мог бы не только потерять свою должность, но и позволить Грузии сползти в российский фарватер. Но, с другой стороны, чрезмерное применение силы во время разгона демонстрации оппозиционеров отвернуло от Михаила Саакашвили значительную часть его самых преданных приверженцев на Западе. Репрессивный и непропорциональный ответ правительства на мирные протесты в ноябре 2007 года ошеломил западные столицы, которые рассматривали Грузию как маяк демократии в регионе недемократических режимов. Тем не менее с периода революции роз администрация президента Саакашвили становилась все нетерпимее к своим оппонентам, поскольку стремилась улучшить работу постсоветских государственных учреждений, стимулировать к развитию глубоко дисфунк­циональную экономику, восстановить снова контроль над мятежными регионами — Абхазией и Южной Осетией, отколовшимися от Грузии, и имела разборки со своим российским соседом, который постоянно вмешивался в грузинские дела. Стремясь восстановить свой демократический имидж, Михаил Саакашвили пошел на досрочные президентские выборы. После вероятного переизбрания грузинский президент, если и в дальнейшем захочет рассчитывать на западную поддержку, должен отказаться от элементов своего авторитарного поведения, принять участие в прямом диалоге с политическими противниками и продолжить начатые ранее реформы. Получив в наследство, экономически разоренное государство, Саакашвили все же смог добиться определенного улучшения ситуации в экономике. Но если он и в дальнейшем будет форсировать вступление Грузии в Евросоюз и НАТО, то после своего переизбрания должен вернуться к демократическому правлению и либеральным реформам. Мировое демократическое сообщество сможет снова поверить Михаилу Саакашвили лишь в том случае, если выборы состоятся свободно и честно. Если закон будет доминировать, будет вестись борьба с коррупцией и восстановятся свободы для СМИ. Похоже, что сегодня Грузия стоит перед выбором между реальными реформами и демократическим развитием: выбор должен упасть на них обоих. Кремлевская рокировка Рокировка в России президента Владимира Путина на его протеже Дмитрия Медведева и последующее назначение Путина на должность премьер-министра свидетельствуют об одном — круг замкнулся. Можно сказать, в России наконец изобрели что-то небывалое — вечный двигатель. Точнее, политический вечный двигатель. Хотя сам механизм этого двигателя, скорее, напоминает вариацию на слова песни бывшего лидера российского рока "Наутилуса Помпилиуса" — "...эта музыка будет вечной, если я заменю батарейки..." Таким образом, остается вопросом, какие батарейки, кто будет вставлять, а самое интересное — куда. Поскольку, как известно, современная модель "вечного двигателя России" работает на нефти и газе. Вопрос о нефти, то есть "батарейке российской вечной музыки", в политике пока не является преждевременным. Ведь период "пересменки" российской власти — это период, как бы там ни было, но определенной нестабильности и ослабления самого путинского режима. Если, например, кто-то остроумно отмочит такую же шутку, как в середине 80-х годов прошлого столетия с Советским Союзом, то музыка остановится. И об этом знают все. В частности, и президент РФ Владимир Путин, и его преемники. Опасность составляет и "музыка", которая доносится в последнее время из России. Ведь параимперская комедия Путина и К° довольно невесела, поскольку свидетельствует об отсутствии настоящего креатива в российской политике. Еще одно, о чем очень не хотелось бы говорить, но, пожалуй, придется, чтобы оно не сбылось. Дело в том, что, мысленно возвращаясь к 1999 году, можно утверждать: тогдашняя фигура Владимира Путина также не была ни сильной, ни выразительной и была весьма похожа на сегодняшнего Дмитрия Медведева. Тем не менее несколько подорванных зданий в бедных районах Москвы, которые злые языки приписывают таки ФСБ, моментально повысили интерес российского общества к Путину и сделали ему фантастический пиар. Не дай бог, так же будут пиарить и Дмитрия Медведева. По­скольку креатива у этой команды не при­было, а "специфическое" отношение ко всем гражданам Российской Федера­ции как к биомассе осталось, то такое мнение, не исключено, бродит. Хотя, возможно, кто-то из театральной среды подскажет кому следует, что вторично один и тот же экспромт не срабатывает. И слова­ми Станиславского общество скажет: "Не верю". С изменением своего статуса Владимир Путин, возможно, захочет изменить и свое амплуа. Недаром он выбрал себе своеобразный набор рычагов и зон ответственности, которые означают, что, очевидно, в период президентства Дмитрия Медведева Россия попробует взять реванш на международной арене и станет активнее играть на мировой шахматной доске. Смена хозяина Белого дома Сегодня Хиллари Клинтон имеет все шансы стать не только кандидатом от демократической партии на президентских выборах в Соединенных Штатах в ноябре 2008 года, но и президентом страны. Лидерство Клинтон базируется на широком опыте, приобретенном в Вашингтоне: восемь лет она была первой леди Америки и шесть лет — сенатором от штата Нью-Йорк. Избирательная кампания в Америке вошла в стадию, когда определились лидеры промежуточного этапа и в Демократической, и в Республиканской партии: Хиллари Клинтон и Рудольф Джулиани. Однако то, что Джулиани строит фактически всю свою кампанию и внутри партии, и в национальном масштабе на противостоянии с Хиллари Клинтон, подтверждает его довольно слабую позицию и слабость самой Республиканской партии. Во-первых, это свидетельствует о том, что Республиканская партия и ее главный кандидат, кроме противостояния, не имеют других достаточно мощных идей, которые они могли бы предложить стране и нации. Во-вторых, способность победить на выборах женщину никогда не может быть воспринята в западном обществе как сила. Пожалуй, республиканцы и сам Джулиани этого не принимают во внимание. Вполне вероятно, что такие заявления способны "вырвать" победу внутри республиканского лагеря, где немного смещены акценты восприятия политического поля, но в национальном масштабе это явный просчет команды Джулиани. Вместе с тем можно сказать, что, скорее всего, за такой слабостью лозунгов кроется еще большая слабость, базирующаяся на отсутствии исторических предпосылок внутри Соединенных Штатов для продолжения правления республиканцев. Это, с одной стороны, следствие достаточно спорного — если не сказать отрицательного — восприятия американским обществом и отдельными гражданами политики президента Джорджа Буша, видимо, самого слабого президента за всю историю Америки. Что само уже способно поставить под вопрос принципиальную возможность победы республиканцев на этих выборах. С другой стороны, логика развития американского общества и экономической, политической и социальной инфраструктуры в демократических странах говорит о том, что после продолжительного правления одной политической силы необходимо правление другой. И не только для того, чтобы разрядить обстановку в массах, но и чтобы провести коррекцию налоговой и экономической политики и курса развития всей огромной инфраструктуры страны. Как свидетельствует опыт, это всегда очень полезно. По-видимому, избрание президентом Хиллари Клинтон может переформатировать международную политику США, сменив агрессивно ковбойский стиль Джорджа Буша на рационально взвешенные подходы Хиллари. И если женщины пока что не могут изменить мир, то одна мудрая, образованная и влиятельная женщина-президент вполне способна изменить Соединенные Штаты. Дилемма Косово Наряду с Ираком косовская проблема является одним из основных факторов дестабилизации международной политики. Очевидно, что сегодня мировое сообщество слишком увлеклось ожидаемым результатом процессов вокруг Косово и почему-то готово закрыть глаза на факторы, спровоцировавшие "косовский проект". Сегодня в решении относительно Косово следует учитывать не только юридические международные нормы, но и то, что учитывать принято: кого и как это задевает, а также что это означает для международного сообщества. Ведь не секрет, что значительная часть албанских сил, принимающих участие в отторжении Косово, являются международной мафией. То есть незаконными формированиями, которые порождают все опаснейшие вызовы международному сообществу: терроризм, нелегальную деятельность, нарушение прав человека и ряд других, очень серьезных нарушений против человечности. Возможно, независимость Косово и состоится, если Сербия получит дополнительные преференции в различных сферах. Но такой прецедент значительно опаснее для других стран, чем для сербского государства. Ведь при этом де-факто и уже де-юре разрушится система международных отношений, которая строилась на незыблемости прав наций на национальное государство и на всю суверенность и всю структуру международных отношений относительно своих территорий. При этом человечество возвращается к эпохе, когда территории и динамические национальные государства формировались по праву сильного. Если такой прецедент будет, то он поставит под удар в ближайшие сто лет практически все национальные образования западной цивилизации. Фактически для международного сообщества такой прецедент будет означать не просто потрясение, а катастрофу. Хотя, возможно, для евробюрократов это будет самое простое и безболезненное, по крайней мере на несколько лет, решение. Обратное решение — о полном суверенитете Сербии над территорией и, соответственно, восстановление прав сербского населения, которого до начала конфликта и насильнического вытеснения оттуда сербов было в несколько раз больше, чем теперь, — также создает ряд проблем. Но в любом случае проблема Косово не исчезает, она остается, и через несколько лет обязательно примет еще более угрожающие очертания. Естественно, что албанское население Косово имеет свои права. И, с сугубо гуманитарной точки зрения, оно вызывает сочувствие, а противостояние геноциду режима Слободана Милошевича — поддержку. Но при этом косовский пре­цедент не должен отбрасывать систему, на которой основывается вся цивилизация. И евробюрократы не должны забывать, что крушение основ потрясет даже их теплые и уютные кабинеты. Не говоря уже обо всей цивилизации, масштабами которой они, возможно, не оперируют в своих рассуждениях. Иранский бумеранг Необоснованный покой и даже уверенность в том, что Соединенные Штаты не смогут провести эффективные и успешные военные действия против Ирана, у иранских элит базируется на небезосновательном предположении, что их страна является не просто стороной, претендующей на лидерство в мусульманском и арабском мире, но и сильной стороной в экономическом и военном плане. А также сильным государством в плане национального единства. Страна не деморализована, как Ирак, кризисами и деспотией тоталитарного правления. Кроме того, уверенность и спокойствие иранских элит питает то, что определенное моральное противостояние продолжается уже не первый год. Чтобы ответить на вопрос, возможны ли вообще военные действия США, следует прежде всего учесть стратегические и тактические интересы этой страны и в Иране, и в мировом контексте. США не хотят выпустить из-под контроля развитие процессов в мировых центрах влияния, одним из которых стремится стать Иран. Особенно в центрах, имеющих антиамериканский и антицивилизационный базис. Военное противостояние с Ираном, если оно состоится, станет продолжением и, возможно, завершением иракского конфликта, который в нынешних обстоятельствах невозможно завершить. Материальная и военная помощь из других исламских стран, прежде всего из Ирана, а также моральная поддержка и помощь в подготовке боевиков и террористов, в чем тоже не последнюю роль играет Иран, питают и оттягивают на неопределенный срок этот конфликт. Это, вместе с ядерными и гегемонистскими претензиями Ирана, свидетельствует, что стратегически Соединенные Штаты готовы к военному вторжению. Нельзя не принимать во внимание и то, что нынешняя американская администрация как на общенациональном, так и на внутрипартийном уровнях крайне не хочет закончить иракский конфликт проигрышем или неопределенной ничьей. Следует сказать, что хотя последний (2008-й) год правления для президента США Джорджа Буша и не является наиболее благоприятным в плане полномочий его администрации, но он делает возможным проведение военной операции. Ведь для Буша проигрыша уже быть не может — затягивание этого вопроса только ухудшает его имидж и, соответственно, имидж всей Республиканской партии. С другой стороны, начало конфликта, даже без возможности выиграть его в течение года, дает какую-то перспективу руководству республиканской администрации. А в случае прихода к власти демократов он делает их заложниками этой операции, поскольку Соединенные Штаты уже не смогут не закончить его. Ближневосточный конфликт На многие аспекты палестинско-израильского конфликта, включая внутренние и внешние события, в большой степе­ни влияют ключевые региональные актеры: Израиль, Палестинские территории, Иран, Сирия и Ливан. Очевидно, что после последнего мирного саммита, состоявшегося в американском Аннаполисе, администрация США будет искать новые под­ходы для выведения приемлемой фор­мулы мира между палестинцами и израильтянами. Учитывая же слабое палестинское и израильское руководство, неблагоприятную окружающую политическую среду, внутренний палестинский конфликт и поляризованный Ближневосточный регион, продвигать мирный процесс будет весьма непросто. Вовлеченный в многочисленные конфликты Ближний Восток стоит перед новым 2008 годом, в котором американские президентские выборы представляются угрозой для израильско-палестинского мирного процесса и усилий найти приемлемые решения для других региональных кризисов. Вместе с тем прослеживается стремление Москвы воспользоваться возможным ослаблением вероятности Соединенных Штатов в 2008 году уделять много внимания урегулированию палестинско-израильского конфликта для усиления своего влияния на страны арабского мира. Так, Россия планирует провести в апреле в Москве саммит, который должен стать продолжением мирной конференции в Аннаполисе. Быть может, для Кремля такой саммит является оптимальным решением для укрепления своего влияния на Ближнем Востоке, но Израиль его расценивает как подтверждение негативной роли в этом конфликте России, которая скрыто поддерживает ХАМАС. Вторая, не менее важная причина, — это отрицательна роль, которую Россия играет в деле развития иранской ядерной программы. По мнению израильских аналитиков, Россия не заслужила такой награды — выступать в одеждах ближневосточного миротворца — в свете того, что она делает в Иране. Палестинская сторона, наоборот, ухватилась за новую возможность. С точки зрения тамошних экспертов, единственным положительным итогом предыдущего саммита в Аннаполисе является тот факт, что следующая встреча представителей Израиля и Палестинской автономии состоится в Москве. Они считают, что Российская Федерация должна стать главным модератором в этом шестидесятилетнем конфликте. Сегодня ни Израиль, ни ХАМАС не заинтересованы в полномасштабной войне, но не исключено: если исламские террористы будут продолжать в том же духе, то ситуация может быстро стать неуправляемой. Похоже на то, что взвешенная игра с огнем фактически является чем-то вроде русской рулетки. И этот процесс может выйти из-под контроля в любую минуту, если какая-то из сторон, задействованных в конфликте, утратит самообладание или отклонится от негласных правил игры. Важно признать, что ближневосточный мирный процесс по вине террористов в который раз заходит в тупик. Ведь недопустимо вести переговоры и вместе с тем готовить террористические акты. Нужно выбирать что-то одно. Тем временем, похоже, президенту Джорджу Бушу, как и его предшественнику Биллу Клинтону, не удастся до истечения своего президентского срока добиться мирного решения палестино-израильского конфликта. Однако заложенные бушевской администрацией зерна не пропадут. И уже новый президент США сможет продолжить дело урегулирования и попытаться убедить стороны противостояния пойти на компромиссное решение, которое откроет путь к миру в регионе. Реформы в Евросоюзе Хотя конституционный кризис, в который Европейский Союз погрузился после провалов референдумов во Франции и Нидерландах в 2005 году, пока окончательно не преодолен, выход из него уже наметился. Так, к 2009 году у Евросоюза будет своя мини-конституция и свой президент. Кроме того, малоэффективная система полугодичного председательства каждой из стран ЕС канет в прошлое. Дорожная карта реформ Евросоюза, включая реформу системы голосования и принятия решений, одобрена и запущена в работу. Большая Европа должна стать более управляемой, а следовательно, и более динамичной. Весь 2007 год ЕС пытался спасти "пущенную под откос" свою конституцию. В 2008-й Евросоюз входит с определенными успехами, при этом новый год будет для него одним из величайших вызовов в его истории. Новая Европа — это усиление интеграционных процессов. Интеграция и объединение сил в единой экономической системе, где сильный защищает интересы более слабого. Вместе с тем это демократия и уважительное отношение к национальным особенностям и личному суверенитету каждого гражданина любой отдельно взятой страны Европейского Союза. При том, что народы Европы не лишаются своей индивидуальности и идентичности. Именно на 2008 год приходится начало пересмотра европейцами парадигмы европейской интеграции. Понятие "европейский европеец" требует некоторого уточнения. Ведь Европа, в которой упразднены границы и которая не перестала расширяться, видится как единое, но не завершенное и окончательно не сформировавшееся целое. Невозможность быстро "переплавить" все составляющие этого формирования и стала преградой на пути к полноценной политической европейской интеграции. Не исключено, что именно президент Франции Николя Саркози может выступить "политическим локомотивом" превращения Евросоюза в некое подобие мягкого союзного государственного образования типа Соединенных Штатов Европы. И хотя идея Европы-государства не является чем-то новым, Саркози все же имеет шансы попытаться наполнить ее конкретным содержанием. Началом такого процесса может послужить с течением времени попытка формирования кабинета министров Европейского Союза. Французский президент верит в воз­мож­ность создания общего европейского правительства. Континентгосударство со многими индивидуальными государственными составляющими может стать новым политическим будущим ЕС. Саммит НАТО Следующий год станет годом подготовки к двум саммитам Атлантического союза. Первый запланирован на апрель 2008 года и пройдет в Румынии, а в 2009 году состоится юбилейный саммит, посвященный 60-летию создания Евроатлантического альянса. Нашу соседку Россию весьма беспокоят эволюционные процессы в НАТО и политика открытых дверей альянса, поскольку больше всего она опасается возможного присоединения Украины к этому оборонительному союзу. Ведь если бы Украина присоединилась к НАТО, то ни о каком привлечении ее в объединения типа бывшего СССР уже не могло быть и речи. Эволюция НАТО, неуклонно распространяющего свои влияния за пределы евроатлантической зоны ответственности и становящегося влиятельной организацией, действия которой распространяются на зоны конфликтов во всем мире, весьма беспокоит неогегемонистски настроенное руководство Российской Федерации. Россия не желает, чтобы при перепланировке новых контуров альянса в новой системе мировой безопасности он получил доминирующую роль и построил под себя международную архитектуру безопасности, а не внедрялся в нее. Можно ожидать, что на апрельском саммите в Бухаресте Албания, Хорватия и Македония могут быть приглашены в оборонительный альянс, но пока не принято решение, какая конкретно из этих стран в следующем году получит приглашение присоединиться к НАТО. Албания, Македония и Хорватия надеются получить на бухарестском саммите НАТО официальное приглашение вступить в организацию и таким образом стать новыми членами альянса в юбилейном для организации 2009 году. Не исключено, что на саммите в Бухаресте будет рассматриваться также вопрос членства Украины, Грузии и Черногории. Для Украины и других стран — возможных кандидатов на вступление членские гарантии НАТО представляют намного более высокий уровень безопасности, нежели псевдонейтральная позиция, которую пытаются навязать нашему государству некоторые политические силы. Китай олимпийский Олимпийские игры в Китае в 2008 году закономерно перемещают его в центр глобального внимания. Интерес к Китаю вызывают все аспекты его жизни — экономические, политические, социальные и этические. Очевидно, что восхищение экономической составляющей китайской современности будет перемежаться с политической критикой и тревогой по поводу социальных и экологических проблем, которые повлекло китайское экономическое чудо. Китайцы должны быть готовы к тому, что накануне Олимпиады все их просчеты будут рассматриваться международным сообществом, как под микроскопом. И мировое сообщество не сможет проигнорировать неспортивные "достижения". От заниженной оплаты труда для рядовых граждан и гиперконтроля государства за Интернетом до его экономической и политической поддержки геноцида в Судане и принудительной стерилизации простого народа. "Олимпийская мечта", перенесенная на китайскую реальность, может высветить совершенно другие аспекты, нежели те, на которые надеялось руководство Китая. И если на вершине пирамиды китайского процветания лучшие атлеты мира во время Олимпиады смогут увидеть четко регламентированное и сегментированное общество, бурно развивающее свою экономику, — то в основе пирамида имеет не самый лучший вид. Чего не учли предводители страны, уверенно претендующей на статус мировой сверхдержавы. Очевидно, что коммунистическое руководство будет стремиться использовать время Олимпиады для убедительной демонстрации всему миру преимуществ китайского пути развития. Это время своеобразной пропагандистской акции, призванной показать миру, чего может достичь современная мощная нация под жестким, но дееспособным руководством родной КПК. Но пока китайцы всячески прихорашиваются, чтобы летом следующего года предстать в идеальном свете перед всем миром, правозащитные активисты будут пытаться привлечь внимание к совершенно иным моментам реальной жизни в Китае. Рассеяв иллюзии экономического продвижения КНР, можно увидеть другую сторону жизни этой великой нации. На которой — нарушения прав человека и экологические злоупотребления. Во времена, когда глобализирующаяся геополитическая действительность требует, чтобы ни одна из проблем конкретно взятой страны не оставалась без внимания мировой общественности, Олимпийские игры предоставляют возможность взглянуть на китайские реалии, сняв розовые очки восхищения китайскими достижениями. В этом смысле Олимпиада в Пекине немного похожа на Олимпийские игры 1936 года в Берлине, когда правительство Германии так же стремилось превратить высшие по статусу спортивные соревнования в политический пропагандистский инструмент. Ирак и Афганистан Война в Ираке и Афганистане представляет наибольшую опасность для американской внешней политики. Борясь с террористами в Ираке, США лишь способствовали распространению терроризма во всем мире. Исламские экстремисты слетались в Ирак, словно бабочки на огонь, а потом перебрасывали этот огонь на другие страны. На территории Афганистана и Ирака террористы проходят "обкатку", а со временем используют приобретенный там опыт где-то в другом месте. Эти страны стали настоящими террористическими медресе для исламистов, которые при этом еще и имеют возможность вербовать их "выпускников" на другие фронты противостояния, которые открывает "террористический интернационал". Затяжная война в Ираке не только многократно умножила количество жертв противостояния демократического мира с исламистскими фундаменталистами, но и вызвала распространение "идеологического вируса" "Аль-Каиды", вследствие чего в течение последних трех лет участились их нападения на территории от Лондона до Кабула и от Мадрида до курортов на Красном море. Естественно, невозможно вывести среднюю годичную "норму" террористических нападений исламистов, но сегодня только на Ирак приходится половина всех мировых атак джихадистов. А если взять совокупно теракты в Афганистане и Ираке, то это будет 80 процентов нападений и 67% смертей со времени вторжения американских войск в Ирак. Однако опасно считать, что "Аль-Каида" и другие террористические группировки отвлеклись от выискивания своих целей в западном мире. Террористы в начале иракской войны осуществляли нападения на ключевых американских союзников. Можно вспомнить, что во время многократных взрывов в 2005 году в Лондоне террористами было убито 52 человека, а в Мадриде в 2004 г. — 191. Но, кроме кровавой динамики террористического нарастания, есть и другие факторы, на которые непременно нужно обратить внимание. Иракский театр затяжного конфликта стал наглядной школой для террористов разных мастей. Так, пример тотального осуществления терактов в Ираке в определенной степени может объяснить возрождение отчаянной борьбы со стороны "Талибана" в Афганистане. Ведь до 2005 года нападения бомбистов-самоубийц фактически не были известны на афганских землях. Однако только в 2006 году произошло 118 таких терактов — больше, чем за всю историю страны. Если США не смогут переломить ситуацию в Ираке в 2008 году, то не исключено, что радикализация противостояния перейдет на другие мусульманские, более умеренные страны. По сути, иракский конфликт стал катализатором для глобализации джихада, что не может не беспокоить американскую политическую элиту. Ведь "глобализация мученичества", к которой привела иракская война, — благоприятная питательная среда для формирования других конфликтов. Со времени вторжения в Ирак террористических нападений в мире стало больше в семь раз. Поэтому США должны любой ценой изменить ситуацию в Ираке к лучшему, ведь от этого зависит, будет ли расползаться терроризм по планете и впредь.


Источник: finance.ua Теги:
Новости других СМИ
Загрузка...
Новости
Все новости