Дмитрий Выдрин о "хороших девочках" и "плохих мальчиках" украинской политики

Фото с сайта www.pravda.com.ua
— Дмитрий Игнатьевич, вы были, пожалуй, первым, кто почти сразу после внеочередных парламентских выборов тут же заявил о неизбежных следующих досрочных парламентских выборах. Тогда это расценили либо как стеб политолога, либо как желчь политика, который представляет проигравшую на выборах партию. А сейчас идея досрочных парламентских выборов стала едва ли не расхожей. О ней говорят не только коммунисты, не только "наши украинцы", но и "литвиновцы". Как вы считаете, с чем это связано?— Причин несколько. Причемкак объективного, так и субъективного характера. К главной объективной причине я отношу то, что в настоящее время начинается, пожалуй, последняя волна крупной приватизации. А наблюдать за приватизацией всегда намного комфортнее и выгоднее из президиума власти, а не из зала оппозиции. Причем, это относится к любым моделям приватизации, даже самой прозрачной, самой транспарентной и объективной. Другой объективной причиной является то, что не только в Украине, а, пожалуй, и во всем мире ускорился ход политического времени. Политические циклы становятся все короче и короче. Отсюда громадное количество досрочных выборов во всем мире, включая даже стабильную и медлительную Европу. Посмотрите, что происходит в Италии, посмотрите, что происходило в Польше, Германии и т.д. Очень быстро меняются политические ситуации, быстро меняется политический ландшафт, возникают новые вызовы. В этих условиях политические циклы существенно сокращаются. И это не может не сказаться на ходе политического времени в Украине. Пять лет срока между парламентскими выборами сегодня кажутся громадным, просто чудовищным по длительности сроком, за который может произойти невероятное количество событий и изменений, требующих, соответственно, новых политических конфигураций и в законодательной, и в исполнительной власти. К субъективным причинам можно отнести то, что в досрочных выборах заинтересованы практически все политические игроки.

Заинтересован президент, который, скорее всего, подспудно считает, что чем чаще парламентские выборы, чем нестабильнее ситуация в зоне ответственности законодательной власти, тем фундаментальнее, величественнее, несокрушимее выглядит президентская вертикаль, как главный остров или даже континент стабильности. В досрочных выборах заинтересован, безусловно, Янукович. Который понимает, что только приближающиеся выборы могут сохранить его партию от раскола и мобилизовать ее сторонников. Он также понимает, что пять лет в оппозиции ни он, ни его окружение, ни его партия, ни его доноры не выдержат. В досрочных выборах заинтересована, вероятно, даже Тимошенко, поскольку любая "чрезвычайщина", любые политические потрясения Юлии Владимировне просто в кайф. И, кроме того, она, безусловно, надеется на этих выборах стать полновластной политической силой и избавиться от ненужного и капризного довеска в виде "Нашей Украины".

Как ни странно, досрочных выборов подсознательно хотят избиратели Украины. По крайней мере, какая-то часть ее. Что фиксируется в психологических тестах на фокус-группах. Видимо, наша элита уже подсадила электорат на легкие экономические и тяжелые политические наркотики. Сейчас электорат получил хлеба и подсознательно или даже уже сознательно хочет зрелищ, а выборы — это, безусловно, главное политическое зрелище, главное политическое торжество.

Наконец, выборы происходят сейчас в двух важных для Украины странах: в России и США. И предвыборная риторика из этих стран доносится до нашей элиты, до наших простых избирателей через бесчисленные репортажи, публикации. И все это, безусловно, кружит немного голову, как кружат и возбуждают запахи весны. Подобная риторика даже из чужих стран действует на нашу элиту, как звук трубы (только полковой, а не газовой) на старых боевых коней, и они уже начинают бить копытом... Я мог бы назвать с десяток других причин, почему возможны и даже весьма вероятны досрочные парламентские выборы, да и не только парламентские. Но, я думаю, названых причин достаточно. Так что давайте готовиться к горячей осени, или даже весне. — Да, причин, как я вижу, хватает. Но если выборы так вероятны, то к ним, наверное, уже готовятся ведущие политические игроки, их аналитики, их экспертные группы. Наверное, разрабатываются какие-то новые стратегии, ищутся какие-то ноу-хау, создается предвыборный креатив...Вы все это ощущаете? — Как ни странно, или, наоборот, как обычно, выборов многие ждут, но мало кто к ним готовится. Например, для меня подготовка к выборам той или другой политической силы означает, прежде всего, определение ее базовой линии поведения. Даже не стратегии, тем более, тактики, а именно базовой линии поведения, что включает, прежде всего, определение своего фирменного стиля, который будет определять уже и стратегию, и тактику. — Почему? Разве фирменный стиль не сформировался практически у всех главных игроков? У одних это критика, у других — обещания, у третьих — "социалка"...— Действительно.

Партия регионов сделала своим как бы стилем тотальную критику всего, что делает власть, по крайней мере, исполнительная.

Кабинет министров во главе с премьером, вроде бы, своим фирменным стилем сделали социальные преференции, социальные льготы для населения, что, правда, больше напоминает не работу правительства, а работу собеза или политпартии в предвыборный период. Президент все более уверенно своим а-ля фирменным стилем делает стиль ретро типа "Кучмы с человеческим лицом", выступая своего рода разводящим между другими политическими игроками. Но разве это можно называть "фирменным стилем" в полном и высоком смысле слова? Это скорее не фирменный стиль, а "фирма" (с ударением на последний слог, если вспомнить советский сленг). В чем различие между "фирмой" и фирменным стилем? "Фирма" — это то, что крикливо модно и то, что, скорее всего, заимствовано у других. А фирменный стиль — это то, что органично только тебе самому, то, что соответствует твоей генетике, характеру, истории происхождения, да и твоему будущему. А вот этого в полной мере сегодня нет ни у одной политической силы. Кроме того, для победы на выборах — очередных или внеочередных — также, кроме нахождения собственного стиля, нужно еще и уметь совершать собственно политические действия. Не имитировать, не изображать эрзац телодвижения, а производить полноценные политические действия по всем канонам и основам политической науки. — Можно подробнее о фирменном стиле? Начнем, хотя бы, с Партии регионов, как самой крупной по численности в парламенте. Что для нее означало бы "адекватный фирменный стиль"? — Сейчас Партия регионов бездумно и даже трогательно-наивнопытается копировать стиль Блока Тимошенко в предыдущей ВР, предполагая, что раз тем удалось с помощью подобных методов вернуть себе власть, то удастся и им. И это колоссальное для них заблуждение. Как-то я спросил у знакомого одноклассника, кто ему больше нравится — Том Сойер или Гекльбери Финн? Он ответил: "Конечно, Том Сойер". "Почему?" "А потому что Том Сойер — это хороший мальчик, который иногда делает плохие поступки, а Гек — это плохой мальчик, который иногда делает хорошие поступки". Так вот Партия регионов пытается сейчас спародировать Гекльберри Финна, спорадически делая поступки, которые им кажутся хорошими. А на самом деле, задача у них должна быть другая: им нужно доказать, что они действительно хорошие мальчики. Доказать и обществу, и своим партнерам, и своим оппонентам, да и самой Европе. Для этого, на мой взгляд, у них есть только один путь: сделать своим жизненным кредо, своим фирменным стилем лозунг, который состоит всего из двух слов — "Делись и соблюдай". — Расшифруйте, пожалуйста, "чем делиться" и "что соблюдать".

— Если бы Партия регионов взяла на себя труд проанализировать все свои ошибки, неудачи или, напротив, достижения и былые успехи, — а, к сожалению, такая работа не сделана не только в Партии регионов, но и во всех других партиях, — то было бы ясно, что все скромные и нескромные успехи Партии регионов связаны с простыми и очевидными вещами. Первое — это когда они пытались делиться тем их достоянием, что попадало в сферу публичного внимания. А второе — это когда они соблюдали закон.

Поясню подробнее. Как-то я спросил у одного известного долгожителя в мировой политике, как ему так долго удается оставаться на плаву? Он мне ответил: "Секрет прост. Когда-то еще в юности я услышал анекдот, который произвел на меня сильное впечатление. "В порту таможенники заходят в каюту капитана. Спрашивают: "Оружие есть?" Он отвечает: "Конечно". И показывает баульчик, где аккуратно уложены Беретты, Кольты, Зиг-зауэры. "А наркотики?" — спрашивают удивленные таможенники. "Есть и наркотики" — отвечает капитан. И показывает целый ящик с белоснежными пакетиками. "А валюта есть?" — спрашивают уже совсем изумленные таможенники. "Валюта есть" — радостно отвечает капитан. И показывает дипломат, упакованный пачками евро. "И это все ваше?" — вскрикивают таможенники. "Нет, это все ваше, — отвечает капитан. — А мое в трюме".

Применительно к "регионалам" в свое время это могло бы выглядеть так. президент грозно спрашивает: "Это ваши почти триста подкупленных голосов в парламенте?" А они отвечают: "Что вы, это ваши, Виктор Андреевич". Общество грозно спрашивает: "Это уже ваше "Днепрэнерго"?" А они отвечают: "Что вы, это ваше! В смысле наше общее, работающее на государство". Лидер оппозиции грозно хмурится: "Это ваши газовые посредники?" Они отвечают: "Что вы, Юлия Владимировна, это ваши. И готовы даже вступить в вашу партию"...Дело в том, что в украинской политике, которая вся замешана на зависти и подозрениях, действует "принцип фотопленки". Любой публично засвеченный ресурс той или иной политической силы, а тем более силы, имеющей плохую общественную репутацию и кредитную историю, становится таким же бесполезным, как и засвеченная фотопленка. Любой засвеченный ресурс считается просто "страченым".

— А зачем "регионалам" с кем-то было делиться? Ведь это не совсем по их "понятиям". Они, как правило, считают, что делятся только слабые, а слабых никто не уважает.

— Вот это и есть главное заблуждение. В нашей стране сильных не уважают, а боятся. А страх, как известно, худший союзник — и того, кто боится, и того, кого боятся. Поэтому, повторяю, "регионалы" еще два года назад могли бы в своем общественном имидже, в своей фирменной стилистике существенно продвинуться от "плохих мальчиков" к "хорошим", если бы делились всем, что им перепадает. Ведь у общества сложилось стойкое убеждение, что регионалам перепало, и в политическом и в финансовом смысле, значительно больше, чем они того заслуживали. И если бы делились они быстро, азартно, по собственной охоте еще до того, как все это у них отнимают, собственно, им и выдумывать в стилистическом плане ничего не нужно было бы. Короче, им нужно было просто возродить еще совковый киношный имидж "донецкого паренька", как персонажа, который готов поделиться всем, включая последнюю рубашку или последний металлургический завод. — Ну, с этим все понятно. А что с соблюдением  закона?— "Регионалы" упустили из внимания тот факт, что у них все получается, когда они щепетильно соблюдают закон, а не когда они его брутально нарушают. Вот блокировали они трибуну в прошлом созыве, требуя защитить регламент Верховной Рады, блокировали зал, требуя защитить Конституцию — и все у них складывалось. Как только они стали играть в противозаконные игрушки, как только они стали, в нарушение регламента и закона, перекупать депутатов, создавать некие тайные сговоры, альянсы — все у них посыпалось.

— Но ведь у "регионалов" как раз репутация тех, кто вышел, мягко говоря, из среды, которая не очень дружит с законом?— Да, если говорить о "законниках" в прямом смысле слова, а не в фигуральном, то есть как о людях, которые чтут и уважают закон, играть такую роль достаточно непросто. Но в этом и была бы классная фишка "регионалов". Мол, мы порвали с темным незаконным прошлым, осознали свои ошибки, и сейчас для нас нет ничего выше и святее регламента, закона, Конституции, да и вообще, соблюдения любых правил игры и любых договоренностей. Если бы они выбрали этот стиль, если бы они пошли по этому пути, то, скорее всего, они бы не проиграли. Вот смотрите, колоссальная их ошибка была в том, что они согласились на роспуск парламента, — законность чего не подтвердил Конституционный суд, — и проиграли. Колоссальная ошибка их была и в том, что они участвовали в этих выборах, хотя, по закону, они могли бы вполне их саботировать — и это был второй их проигрыш. Третий проигрыш заключался в том, что они вошли в зал, хотя могли бы туда, по закону, не входить и тогда бы предыдущий парламент, с существенным перевесом в их пользу, до сих пор бы считался для значительной части общества легитимным. Но вместо того, чтобы следовать закону, они стали следовать неким кулуарным, непубличным тайным договоренностям. А это не их сфера, не их "фишка", не их стиль. Это не то место, где они сильны. И отсюда их тотальный проигрыш. — А как вы оцениваете их поведение сейчас?— Сейчас они медленно, с натугой, но приходят к пониманию эффективности такой формулы: "Он уважать закон заставил и круче выдумать не смог!"Действительно, через требования скрупулезного соблюдения закона можно круче построить или нагнуть своих оппонентов, чем через любое беззаконие, чем через любой беспредел. Вспомним еще не закончившиеся польские события. Польские таможенники через скрупулезное соблюдение закона, регламентирующего их обязанности, так построили страну, так построили правительство, как не смогли бы построить через любые таможенные беспорядки и беспредел. — А что вы скажете о фирменном стиле оппонентов  регионалов — оранжево-белых?— Здесь проще. Как мне кажется, они раньше нашли свой фирменный стиль и поэтому закономерно выиграли. Их фирменный стиль я обозначил бы как "Нарушай и разрушай". Сразу скажу, что в эти слова я не вкладываю никакого негативного смысла. Бывает ужасная, мертвящая, цепенящая стабильность и бывает творческое, креативное, созидающее разрушение. Ведь для того, чтобы что-то создать, чаще всего, необходимо что-то разрушить и, чаще всего, необходимо что-то нарушить. Поэтому наши оранжево-белые "терминаторы" выполняют очень важную работу. Главное, чтоб эта работа не становилась самоцелью и не превращалась в единую бесконечную фазу. — Но ведь подобная опасность уже существует. В нашем обществе все рушится — от законов, правил игры и договоренностей до репутации и надежд. Не существует ли опасность, что "разрушителям" рано или поздно придется за это отвечать? — Не придется. Украинская политика как раз тем и привлекательна, что в ней никто никогда ни за что не отвечает. Вспомните хотя бы последний эпизод с Луценко и Черновецким. Кроме того, у нас в сознании само понятие "демократия" как-то незаметно слилось именно с разрушениями и нарушениями. Поэтому, повторю, хочешь быть демократом — разрушай и нарушай. Тем более, что у "оранжево-белых" на Западе стойкая репутация "хороших мальчиков", а мы уже с вами договорились, что им прощают даже не очень хорошие поступки. Поэтому мой совет этой политической силе: просто не изменять своему уже сложившемуся стилю — как можно больше разрушать и как можно чаще нарушать — каноны, законы, да что угодно. И все у них сложится. В том числе и на досрочных выборах. Не буду говорить об этом подробнее, поскольку я как-то уже подобную модель описал в своем блоге под названием "Хочешь выжить — ломай формат".

— Давайте поговорим о "хорошей девочке". Если она делает такую важную "разрушительно-созидательную" работу, то откуда у нашей элиты такой панический страх перед Юлией Тимошенко? Причем, как известно, боятся ее не только оппоненты, но боятся ее ближайшие соратники и партнеры. И непонятно, кто больше ее боится. — Наверное, все дело в том, что Юлия Владимировна не только очаровательная и стильная женщина, — стильная, как все революционеры, включая особенно Че Гевару, — но она еще и бомба замедленного действия с неизвлекаемым часовым механизмом. Все слышат тикание этого механизма, но никто не знает, когда произойдет взрыв и с какой силой, никто не знает, куда будет направлен, я извиняюсь за тавтологию, этот направленный взрыв — в сторону врагов, оппонентов или друзей и ближайшего окружения. — Вы еще хотели что-то сказать о такой дефиниции как "политическое действие"...— Действительно, есть такое важное, но подзабытое в нашей политической науке направление, как изучение политических действий. В свое время замечательный ученый Парсонс доказал, что полноценное политическое действие как минимум состоит из трех аспектов. Первое — это наличие актора (от слова "акт", "действие"). Второе — наличие у этого актора четко сформулированной цели. Третье — постоянное желание актора преодолевать или даже разрушать окружающую среду. Так вот, исходя хотя бы из этого определения, у нас в политике почти нет субъектов политического действа. — Вы говорите "почти", то есть кто-то все же есть?— Исходя из названных критериев, ближе к ним сегодня пока, опять-таки, только Тимошенко. — А почему, например, не Ющенко или тот же Янукович?— Дело в том, что Янукович боится быть актором. Например, кто-то видел когда-то, чтобы он лично блокировал трибуну или лично вел в атаку на стычку свои сине-белые полки? Нет, этого не было. Пока он не поймет, что полноценное и настоящее политическое действие, в отличие от действия бизнесового или бюрократического, невозможно совершать только с трибуны или из кабинета, — а оно часто совершается на баррикаде, улице или в толпе, — он не станет полноценным политиком. — Дмитрий Игнатьевич, сегодня уже все чаще говорят и о возможных досрочных президентских выборах. Причем, главными претендентами и оппонентами на них называют не представителей разных политических сил, а фактически одной — Ющенко и Тимошенко. Как вы оцениваете их шансы?— Я думаю, несколько преждевременно говорить о подобной ситуации. И это отдельная большая тема для анализа. Если же говорить очень предварительно и очень кратко, то картина примерно следующая. Боевая машина под названием "Тимошенко" на сегодня имеет преимущества перед лимузином под названием "Ющенко" практически по всем тактико-техническим характеристикам, которые востребованы на украинском политрынке: и по трудоголизму, и по волевым установкам, и по социальному темпераменту. Я уже не говорю о мобильности, лабильности, скорострельности инициатив и т.д. Поэтому, по идее, все преимущества на ее стороне. Правда, есть одно "но": Тимошенко предсказуема в своей непредсказуемости, а Ющенко непредсказуем в своей предсказуемости. Беседовала Александра Козел

Источник: PRAVDA.com.ua Теги:
Новости других СМИ
Загрузка...
Новости