Американский журналист и аналитик Калеб Ларссон обращает внимание на то, что советский МиГ-23 Flogge проигрывал западным аналогам по маневренности, авионике и надежности.
Главные тезисы
- Советский подход к производству истребителей сконцентрировался на количестве, а не качестве.
- Даже с некоторыми положительными чертами, такими как поразительная скорость и недорогое производство, МиГ-23 так и не смог сохранить конкурентоспособность.
Истребитель МиГ-23 — еще один громкий провал России
По мнению эксперта, МиГ-23 был ярким примером советского подхода, ведь тогда заботились о количестве, а не о качестве.
Калеб Ларссон отмечает, что МиГ-23 имел крыло с переменной стреловидностью, что позволяло ему изменять форму крыла для разных профилей полета, фактически оптимизируя характеристики подъемной силы и сопротивления на разных скоростях.
При этом, хотя это на бумаге обеспечивало эксплуатационную гибкость, оно также было достаточно сложной конструкцией.
По словам эксперта, его управление на низких скоростях было особенно проблематичным, а нестабильная конструкция пугала даже опытных пилотов.

Преимущества МиГ-23 не смогли его спасти
Калеб Ларссон не отрицает тот факт, что у МиГ-23 были некоторые заметные сильные стороны, пишет 19FortyFive.
В первую очередь речь идет о его поразительной скорости, особенно по сравнению с другими советскими самолетами той эпохи, такими как МиГ-21.
Более того, именно МиГ-23 мог похвастаться улучшенной дальностью полета, грузоподъемностью и радиолокационными возможностями.
МиГ-23 был относительно недорог и прост в производстве в больших количествах, что позволило Советскому Союзу насытить потенциальные зоны военных действий многими сотнями МиГ-23, создав значительное наступательное воздушное присутствие, независимо от недостатков реактивных самолетов.
Несмотря на это, что важно понимать, советскому истребителю так и не удалось сократить качественный разрыв с аналогами реактивных истребителей НАТО.
Успехи и неудачи самолета подчеркивают более широкую динамику холодной войны, в которой Запад стремился к качественному превосходству над Советским Союзом, а СССР рассчитывал только на количество.