Лента новостей

Территория беды: Где героин наиболее доступен

Культура |

Как-то на региональной центральноазиатской конференции я поинтересовался у представителя Таджикистана, продают ли у них наркотики. Услышал в ответ: "Спросите лучше, кто у нас их не продает?" И это явление характерно для всего этого региона. Туркмения — не исключение. Причина бед кроется в безработице, превышающей 50 проц., недоступности образования для большинства молодых людей, отсутствии молодежной политики в государстве.

По сообщению Интерпола, "новые или создающиеся потребительские рынки — это в первую очередь зоны транзита наркотиков или их хранения, где героин наиболее доступен". Туркмения входит в эту зону.

НАРКОМАНЫ — В КАЖДОМ ПОДЪЕЗДЕ

Официальная статистика наркопотребления в стране засекречена. Но очевидное скрыть невозможно. Так, в одном из поселков поблизости от Ашхабада с населением менее 1,5 тыс. человек проживают 20 наркоманов. В поселке Ховузхан Марыйского велаята (района), граничащего с Афганистаном, при населении 2 тыс. человек страдают наркоманией 100 жителей, то есть каждый двадцатый.

В 48-квартирном доме, где я живу, наркоманы есть в каждом подъезде. Аналогичная картина по всей стране. Все обо всем знают: и кто потребляет, и кто доставляет. Уголовного наказания за употребление наркотиков закон не предусматривает. Наказанию подлежат только лица, занимающиеся их распространением и предоставлением помещения для притонов.

Наркотики доступны. Одна доза героина стоит 30 тыс. манатов (1,5 доллара). Употребляют его и богатые, и бедные. Чаще на иглу садятся сами распространители и члены их семей. А детей из состоятельных семей вовлекают целенаправленно, они — надежный рынок постоянного сбыта. Есть в Ашхабаде район "Хитровка", где героином можно разжиться в любое время суток. В каждом втором доме найдется порошок на продажу.

ЖЕНЩИНЫ ОТВЕТЯТ ЗА ВСЕ

Есть еще одна категория в этом бизнесе — наркодельцы. Их, как правило, охраняет полиция, кроме тех случаев, когда сбытчиками являются сами полицейские. Примеры демонстрирует сама жизнь. В 2005 году на посту ГАИ обнаружили 16 кг чистого героина в багажнике. Владелец автомобиля — брат тогдашнего генерального прокурора страны Курбанбиби Атаджановой. Весть облетела всю страну, но и из уст в уста, а вот СМИ, как обычно, промолчали. О преступлении объявил по телевидению сам покойный Туркменбаши спустя полгода, когда решил избавиться от засидевшейся в кресле блюстительницы закона. Говорят, смещение министра МВД в марте нынешнего года тоже связано с наркоторговлей.

Наркодельцы обычно нанимают безработных туркменок. Каждый год их тысячами ловил, сажал и миловал покойный президент Ниязов, но места не столь отдаленные вновь пополнялись новыми жертвами. Пока в стране катастрофически не хватает рабочих мест, женщины идут в наркокурьеры, потому что нужно кормить семьи. Нередко мужчины-наркоманы заставляют своих жен заниматься преступным бизнесом, чтобы и дозу было легче заполучать в любое время, и деньги в доме имелись.

Однако не все женщины в этом бизнесе — жертвы. Встречаются среди них профессионалы, прошедшие огонь и воду. Например, Гозель Нурыева (имя и фамилия изменены). Была осуждена за продажу наркотических веществ. Вернулась. По рассказам ее родственников, не собирается менять свою деятельность, наоборот, в заключении она расширила круг знакомств по "бизнесу" и теперь знает, как действовать, чтобы избежать тюрьмы. После освобождения она возобновила свою торговлю.

ЧЕЛОВЕК, КОТОРОМУ "ПОВЕЗЛО"

О масштабах бедствия свидетельствуют надгробные таблички. От передозировки или некачественного героина умирают в основном парни до 30 лет. Каких только историй не услышишь у нас о родителях, пытающихся защитить своих детей от наркомании. Был случай, когда сына, распродавшего все вещи из дома ради дозы, отчаявшийся отец семейства приковал цепью к чугунной батарее центрального отопления. Но спасти парня не удалось: он и после наказания не отказался от зелья.

Некто Чарыев (фамилия изменена), житель поселка Джоджуклы, дошел до того, что продал по частям свой дом. От добротного огромного здания остались только стены. Он даже умудрился за ночь разобрать и продать кровлю с дома своего соседа, пока тот гостил у родственников.

К сожалению, родители одиноки в своей борьбе. Лечением наркоманов никто не занимается, специальных клиник не существует. Есть оставшиеся с советских времен лечебно-трудовые профилактории, куда направляют принудительно. Об условиях содержания и многом другом рассказывал мой старый знакомый Нуры Эсенов, отсидевший срок от звонка до звонка. Ему еще нет и сорока. Я помню его здоровым и красивым парнем. От того человека теперь только улыбка с выбитыми передними зубами, седые остатки волос и тупая пустота в глазах. Вот его рассказ: "В ЛТП я попал 2005 году, после того как совершил кражу ради очередной дозы.

Свою ссылку я принял, можно сказать, положительно. В душе надеялся, что трудности как-то помогут образумиться, думал, смогу бросить это. Я понимал, что превратился в животное, но все-таки жалко было жену и детей, поэтому ЛТП вселял надежду... Оказалось, тут меня ждали не трудности, а настоящий ад. Спим на полу, на провонявших матрацах. Ночью спать невозможно из-за комаров. Назвать едой то, что нам дают, нельзя. В воде, наверное, больше калорий, чем в еде, что нам давали. Ни бани, ни душа — помыться негде.

Утро начинается с построения: перекличка, раздача наказаний провинившимся, распределение на работу. Очень многих отправляют по частным лавочкам. Сколько платят за труд, мы не знаем. Обычно мы работаем на полях, потому что ЛТП определен план по выращиванию хлопка и пшеницы. Утром загоняют на поле в невыносимую жару. Пока не выполнишь норму, не получишь воды — пытают жаждой. За непослушание наказывают побоями. Резиновыми дубинками избивают зверски.

Бежать можно, не тюрьма же, но через неделю или месяц все равно поймают. А над беглецами издеваются особенно. Заставляют прыгать в наполненную фекалиями яму. После этого дают десять секунд, чтоб помыться: кусок мыла и один кран на троих. Только руки успевают помыть. Запрещают переодеваться, и весь день близко к тебе только мухи подлетают. Если ты побывал в яме, то сразу оказываешься в низшей касте, таких называют "водолазами". После этого тебе конец, над тобой может издеваться каждый… Мне повезло: большую часть своего срока я ловил рыбу в арыках для начальника колонии".

"ПРОГРАММЫ БОРЬБЫ" ВМЕСТО БОРЬБЫ

Справедливости ради надо сказать, что в стране ведется профилактика наркомании. Правда, в основном общественными организациями. Государственным лечебным учреждениям запрещают участвовать в международных проектах. Похвально, что новый президент объявил борьбу наркомании, принята еще одна государственная программа мер этой борьбы. Впрочем, при покойном Ниязове тоже была национальная программа...

Практически никто не знает ее результатов. Сжигание мака и конопли, по свидетельству сотрудников программы ООН по контролю за наркотиками, проводится, но почему-то журналистов к местам уничтожения не допускают. В СМИ обсуждать проблему наркомании запрещено.

Кстати, согласно ниязовской программе предписывалось открытие реабилитационных центров, приютов для наркоманов, однако все осталось на бумаге. В стране есть инициативные группы, готовые на деле противостоять социальному злу, помогать больным людям, но им чинят всяческие препятствия. В связи с этим эксперты выражают опасения, как бы новая инициатива не оказалась очередной пустой декларацией. Ведь страна по-прежнему является транзитной территорией: по данным того же Интерпола, 65 проц. наркотиков проходит через центральноазиатские страны. Бороться следует с причинами, а не только со следствием, заключают наблюдатели.

Мердан Нуров, "НРС" (Европа-СНГ), специально для MIGnews.com.ua

Источник: MIGnews Теги:
Лента новостей
Loading...